Страх мой – друг мой

Нужен ли человеку страх, и почему он возникает? Вопрос, понятное дело, из серии сколько будет дважды два. Страх — звучит почти как страж.

Этакий невидимый телохранитель, приставленный к нам еще в незапамятные пещерные времена, чтобы предупредительно дергать за рукав при приближении опасности. За что ему низкий поклон и спасибо.

Доверчивый страж

Но у этого сторожа, как известно, есть один недостаток: глаза велики. Да и вообще страх – сущность очень доверчивая. Даже кажущуюся угрозу он готов принять за реальную, не пуская нас в единственно нужную сторону.

Более того – он способен верить любым фантомам и пугалам нашего сознания (или подсознания). И честно выполняет свою работу: держит за рукав и городит вокруг нас охранительные заборы. Например, чтобы уберечь от возможной неудачи, старательно внушает: мол, ты не справишься, не по плечу тебе это дело, даже пробовать не стоит…

В общем, страх и безопасность – две стороны одной медали. Но в конце концов наступает момент, когда этой искусственной безопасности становится слишком много. За охранительными заборами стpaxa не видно жизни.

И тут уж каждый действует по-своему. Прошибает эти заборы лбом.

Перепрыгивает через них (или перелезает). Старается их не замечать.

Продолжает за ними отсиживаться.

За собой я заметила следующее: страх неудачи меня частенько подстегивает к решительным действиям. Да-да: чем сильнее я боюсь, тем охотнее я иду на риск. Когда мой страх достигает критической точки, хочется его преодолеть и сделать то, чего он не позволяет.

Ему же назло. Помните, как Мюнхгаузен летал верхом на ядре? Вот так и я порой летаю на собственном страхе…

Аргументы против стpaxa

Однако боязнь не справиться – далеко не единственная, с которой мне приходилось сталкиваться (впрочем, разве только мне?). В жизни нам гораздо больше мешают другие опасения, имя им легион…

Страх осуждения. Отвержения.

Страх отличаться от других.

Страх одиночества и нелюбви.

Одним словом – страх быть тем, кто ты есть на самом деле.

Таким способом наш добросовестный хранитель оберегает нас от чудовищ, засевших глубоко в мозгу и без конца твердящих: ты хуже других… ты не заслуживаешь любви… такую, как ты, полюбить нельзя…

Как я уже говорила, страх не различает, где настоящее чудище, а где – только призpaк. Он не имеет логики, ибо гораздо древнее ее. Но к своему страху вполне можно обратиться с логическими доводами.

Вступить с ним в переговоры. Объясниться.

Посмотреть ему в глаза и понять, почему же они велики.

Что я в один прекрасный день и попыталась сделать.

Страх, что тебя осудят, унизят и отвергнут, долгое время побуждал меня скрывать – даже от близких друзей – свои неудачи, особенно в личной жизни. Окружающим я чаще всего демонстрировала только позитивный фасад.

Открыться, когда у тебя что-то не так, когда тоскливо и плохо, — мне почему-то было… стыдно. Все равно что привести гостей в неприбранную квартиру. Плакаться в жилетку для меня было равносильно унижению.

Но постепенно я все же начала выглядывать из этой цитадели. То ли доросла до потребности заговорить о своих проблемах, то ли она сама во мне созрела… К счастью (да, именно к счастью!), проблемы в то время сыпались на меня, как горох из дырявого мешка, и душеизлияние представлялось наименьшим злом.

К моему самому искреннему удивлению, со стороны окружающих я встречала не снисходительную насмешку сытого над голодным, не бесполезные советы, не порицание или зубоскальство, а… сочувствие. Поддержку, которую я ощущала почти физически.

И желание, чтобы у меня все наконец стало хорошо – желание не менее сильное, чем мое собственное.

Отчасти оно сбылось: страх неодобрения перестал подавать сигналы. Ибо убедился, что опасности с этой стороны нет.

Последствия сего оказались более необратимыми, чем я предполагала.

Итак, мне невольно пришлось оглядеться вокруг и увидеть, сколько рядом со мной по-настоящему близких и любящих людей. Увидеть — опять же — не без удивления!

Но это удивление, разумеется, немедленно вступило в когнитивный диссонанс с упрямой мысленной жвачкой на тему того, что тебя никто не любит и да кому ты нужна.

Мне ничего другого не оставалось, кроме как повернуться в сторону этого шепота и спросить в упор: а за что, собственно говоря, меня НЕ ЛЮБИТЬ? Чем это я, интересно, до такой степени хуже других, что не заслуживаю принятия и нормального отношения к себе?

Вредный внутренний голос, видимо, не ожидал такого выпада, поэтому ошалел и… заткнулся. Ответа на мой вопрос не последовало – чего и следовало ожидать.

Крыть было нечем. Никаких оснований, никакой связи с реальностью все эти установки под собой не имели.

Такими же шаткими оказались и мои внутренние барьеры, когда-то казавшиеся незыблемыми: а вдруг я навязываюсь, вдруг обременяю кого-то своей персоной, вдруг мне не рады? Нет нужды доказывать, что выстроил эти барьеры все тот же страх нелюбви…

Чтобы с ним окончательно расстаться, я предприняла довольно легкий и весьма приятный эксперимент. В короткие (чуть больше недели) зимние каникулы я объявила всеобщую девиртуализацию для своих друзей, с которыми мы редко пересекаемся в реале.

Результат: каникулы прошли отлично – по принципу ни дня без встречи. Правда, одной недели на всех, разумеется, не хватило…

Но хватило мне – для того, чтобы окончательно убедиться: выходит, меня МОЖНО любить, есть за что любить… А если и не за что – все равно можно. Кто-то мне рад, кто-то хочет разделить со мной свое время – просто потому что я есть, потому что я – это я! Меня любят и принимают – просто так!

Причем столько людей! И мне не надо доказывать свое право на принятие, заpaбатывать его, собирая бонусы несуществующих добродетелей.

И не стоит бояться, что я в чем-то на других непохожа – может быть, именно это и есть самое интересное во мне.

Любит – не любит…

Впрочем, к тем людям, которые пользуются всеобщей любовью, я никогда не принадлежала. Напротив — почему-то всегда вызывала к себе полярное отношение: либо явную симпатию, либо плохо скрываемую неприязнь (а иногда и вообще не скрываемую). Так было и в школе, и в университете, и на работе…

Осознав это, я была несколько озадачена, но ключ к загадке нашелся не сразу. Ну что же, я не пряник, чтобы всем нравиться.

И если нас кто-то недолюбливает – возможно, дело в ком-то, а не в нас.

Вот тут-то меня и поджидал главный сюрприз.

Очередное открытие произошло случайно – буквально свалилось на меня, как знаменитое яблоко на макушку Ньютона. Ведь любят-то меня как раз те, кто сам вызывает любовь окружающих!

А что до тех, кто меня терпеть не может… С такими личностями, как правило, предпочитают не связываться.

Это неожиданное наблюдение повергло меня в состояние минутного столбняка. Вот уж никогда бы не подумала, что работаю чем-то вроде лакмусовой бумажки… Признаюсь, меня это даже немного испугало. Может, я ошибаюсь.

Или просто задираю нос.

Но все эти опасения – уже не страх того, что тебя никто любить не будет.

Причем тот, кто действительно на это способен.

2019-05-15admin

• tweet