Жизнь в ритме танца

Ну вот, опять начинается. Работа расположилась на столе слоями: срочное, совсем срочное, то, что надо было сделать вчера. Поверх книг, ежедневников, листочков и тетрадей аккуратным слоем лежит пыль.

Где-то в недрах шкафа лежит сумка, которая послезавтра должна лететь со мной в самолёте, а я понятия не имею, что туда класть и как оно туда влезет. От мысли бросить всё и заснуть до весны удерживает только то, что на дворе — апрель.

Апрель, 29-е, Международный день танца.

Помню, одним из сильных впечатлений первого месяца занятий сальсой было изменившееся ощущение времени. Время неожиданно обрело осязаемость и протяжённость, разбилось на восьмёрки музыкальных фраз и улеглось, растянувшись вдоль них послушной змейкой.

И вдруг оказалось, что времени — много.

Дальше было ещё интереснее. Как человек, с детства освобождённый от физкультуры, я никогда не отличалась особой координацией.

Поэтому при необходимости быстро сообразить-подбежать-убрать ногу с проезжей части меня неизменно охватывала паника: Куда? Как?

Правую или левую? Аааааа!

И тут вдруг выяснилось, что моя ошибка не в том, что движения мало, а в том, что его много. Точнее так: в голове крутится сразу много мыслей, и она одновременно посылает телу противоположные сигналы, которые то не успевает выполнить.

И тогда движения не получается совсем.

На самом деле всё, что нужно сделать в подобных ситуациях, — расслабиться и успокоиться. И после этого начать делать что-то одно: влево ИЛИ вправо, один шаг, ПОТОМ другой, третий. Ритмично.

А времени — его на самом деле вагон, потому что три или четыре секунды, разложенные в последовательное движение, — это много. Пять минут при условии спокойного, но активного присутствия — вообще вечность.

И вместо того чтобы падать в обморок перед горой дел: Я никогда не справлюсь! — нужно просто начинать разбирать их по горсти. Главное — поймать ритм.

А ритм — это такая штука… Недавно вот случился казус.

Музыкальные вкусы моих близких весьма различны. Кто-то любит фоном включать радиостанцию, которая в качестве эффекта от прослушивания обещает своим поклонникам расслабление. Несколько месяцев я добросовестно слушала и не могла понять, почему на меня эта волна оказывает абсолютно противоположное действие.

То есть уже через несколько минут в приёмник неизменно хочется запустить кирпичом.

У кого-то музыкальные предпочтения иные, и фоном звучит джаз. Но тут вдруг в эфир вставили несколько джазовых каверов такого звучания, что показалось: частоты перепутались.

И стало ясно, какая же именно особенность музыки вызывает во мне столь навязчивые мысли о тяжёлых предметах, — отсутствие ритма.

То есть понятно: где-то там, в недрах музыкальной структуры, он, несомненно, есть. Но всё же, пытаясь расслабить слушателя, владельцы первой волны явно переусердствовали — так что их музыка напоминает скорее не шёпот, а кисель из звуков.

Потому что уж что такое ритм, я знаю.

Ритм — это такая штука, которая может быть медленнее или много быстрее сердца. С ритмом можно играть и спорить, выискивая акценты и синкопы.

А если к середине концерта (латиноамериканцы — задорные ребята!) чувствуешь: Нет, всё, уже не могу, — на ритм можно просто лечь, перестать сопротивляться. И он вынесет тебя, как морская вода.

Разумеется, всё это возможно при одном условии — ритм должен быть. Он — как будто личность музыки.

Убери его — и слушание превращается в бой с тенью.

Пожалуй, здесь нужна ещё одна оговорка. На мои музыкальные предпочтения последнего времени весьма повлияло немалое количество прослушанной латиноамериканской музыки.

У неё — отчетливые африканские корни, и в сравнении с европейской она — другая.

Там, например, запросто может быть не ритм и мелодия, как в Европе, а восемь параллельных ритмических партий разных инструментов. Чтобы понять — это почти джаз, только южнее и круче. Ну, то есть мы сейчас не об эстрадном примитиве, где на баpaбан в автоматическом режиме выставлены вечные 4/4 — от начала песни и до скончания века.

Мы — о более сложных вещах: импровизации, взаимодействии, — как в жизни.

Потому что, если подумать, человек ведь тоже очень ритмичное существо. Как минимум два ритма — сердца и дыхания — даны нам от природы оба, кстати, очень здорово отзываются на внешние воздействия.

А ещё есть индивидуальная скорость реакции, всякие суточные циклы. И игнорировать их не то что опасно — неразумно.

Понятно, что мы часто вынуждены жить не по своим часам, а по общему расписанию. Но за это мы платим — и здоровьем, и производительностью труда.

Но я, собственно, не об этом. Я всего лишь о том, что с появлением танцев в голове как будто заработал маленький передатчик: Я есть!

Я есть! Вот сейчас мне радостно, можно побыстрее, а теперь тяжело — помедленнее.

И жизнь стала как-то ярче и насыщеннее.

Единственное — его теперь нельзя выключить. Нельзя сказать: Ты, это, вообще-то ходи тише и осторожнее, не стучи тут! Потому что иначе жизнь превратится обратно в кисель.

P. S. И напоследок — несколько слов о теме, которая в этой колонке не планировалась. Потому что она всё равно отрастёт в комментариях.

Так что давайте заранее расставим точки над i и не будем портить праздник.

Увы, в последний месяц упоминание о танцах прочно ассоциируется с разного рода танцевальными подвигами. То мaлoлeтки на отчётном концерте в школе покажут нечто, а то дамы постарше решат осчастливить собственным гениальным творчеством мемориал в Новороссийске.

Да, я про тверк, вы правильно подумали.

Ну так вот. Знаете, по-моему, в мире крайне мало вещей в принципе некрасивых. Красота — вообще штука разная, требует иногда подготовленного глаза.

В средневековой Европе женщины подбривали лбы, чтобы были выше, — это считалось красивым. Особо перестаравшиеся, правда, добирались до затылка, что частично отразила европейская живопись.

В древнем Китае носили на ногах деревянные колодки, отчего стопа делалась лотосоподобной. Ходить, правда, было не очень, но на представление о красоте это не влияло.

И поэтому применённый с ходу аргумент: Фуу! Мне не нравится! — это не критерий.

Гораздо важнее другое: есть вещи неуместные. Как пеньюар в ЖЭКе или акваланг в театре.

Пересмотрев с десяток роликов по теме, честно могу сказать — кубинский реггетон мне нравится больше. Хотя с точки зрения европейца танец тоже очень неприличный.

Но как проработка мышц таза — вообще замечательно. Разумеется, в тренажёрном зале, а не на сцене.

Кстати, иногда уместность начинается с выбора исполнителя. То есть то, что неплохо смотрится в исполнении взрослых мулаток, в варианте маленьких цыплят шансов не имеет. Потому что дeвoчка, потихоньку влезшая в мамины туфли на каблуках, взрослой женщиной может только казаться.

Себе. И то ненадолго.

Отдельную группу цинизма составляют случаи, когда весьма посредственное исполнение прикрывают антуражем — костюмами, местом, не важно. Это, скорее, желание получить быстрый и дешёвый пиар.

К танцам оно относится очень косвенно.

Фух, вот теперь высказалась. И с праздником.

2019-06-18admin

• tweet