Первым делом - самолёты

Миллионы километров и тысячи часов в пути. Дорога стала ее профессией. Самой романтичной и, пожалуй, одной из самых рискованных.

Почти всю жизнь она только и делала, что порхала в облаках и получала за это гонорар, сопоставимый с зарплатой профессора. Мечты дeвyшек страны Советов стали ее реальностью. Возможность посмотреть мир открылась, невзирая на железный занавес.

Целых 36 лет Елена Вихирева проработала стюардессой. Сегодня она – Заслуженный работник трaнcпорта РФ, наземный инструктор бортпроводников, преподаватель Авиашколы Аэрофлота.

О школе стюардесс – сегодняшней и той, что была в прошлом, – первый вопрос.

– Авиационная школа Аэрофлота открылась 2 года назад. До этого времени, начиная с 1976 года, я работала в авиакомпании Аэрофлот. Раньше все граждане страны, следуя призыву известного плаката, летали только самолетами Аэрофлота.

Летать другими авиакомпаниями было попросту невозможно. То управление, которое базировалось в аэропорту Шереметьево, называлось Центральным управлением международных воздушных сообщений.

Инструкторы и раньше занимались подготовкой бортпроводников, только на базе нашей авиакомпании, у которой был собственный центр подготовки авиаперсонала. Теперь же и первоначальная подготовка бортпроводников, и подготовка на новые воздушные суда, а также курсы повышения квалификации переданы в авиашколу.

Наши преподаватели, которые ведут занятия по аварийно-спасательным процеДypaм и предоставлению сервисных услуг, – в прошлом бортпроводники-инструкторы Аэрофлота.

– Те дeвyшки и юноши, которые к вам приходят, – по ним видно, кто случайно попал в профессию, а для кого она действительно может стать делом жизни? Вообще, стюардесса – не по должности, а по сути – какая она?

– Дело в том, что авиакомпания сама производит отбор кандидатов на должность бортпроводника по определенным критериям. Конечно, во время учебного процесса я вижу более способных и менее способных людей для профессии. Бортпроводник – это ведь человек сервиса, поэтому важно, чтобы ему было комфортно в этой профессии.

За два с половиной месяца учебы преподавателю становятся ясны и понятны способности слушателя. Видно, кому интересно работать с людьми, а у кого технические наклонности или кому больше нравится работать с документами.

Сейчас молодежь мало читает классической литературы, а это накладывает свой отпечаток – неумение правильно говорить русским литературным языком.

– Насколько престижна сейчас ваша профессия для молодежи?

– На мой взгляд, раньше, профессия бортпроводника была более престижна. Сейчас она, конечно, более привлекательна для молодых людей из регионов, но в школе учатся также слушатели из Москвы и Подмосковья.

Почему? Зарплата.

Хотя первоначально она не настолько высока, как заявлено на сайте авиакомпании. И все же работа стюардессой – это возможность посмотреть мир.

Раньше (в 70-80-х и даже в 90-х годах) бортпроводники достаточно много времени проводили в эстафетных аэропортах – там, где происходила смена экипажа. В настоящее время руководители любых авиакомпаний заинтересованы в том, чтобы бортпроводники как можно больше времени работали в самолете, а отдыхали минимально в соответствии с Положением о рабочем времени и времени отдыха.

Если полет короткой или средней протяженности, то экипаж, вылетая утром, вечером уже возвращается в базовый аэропорт. А если это, скажем, Гавана, Лос-Анджелес, Пекин, Токио, то экипажу предоставляется отдых. Количество времени, проведенное в пунктах назначения, зависит еще и от частоты рейсов.

В какие-то города рейсы ежедневно, например, в Нью-Йорк и Токио, значит, там экипаж находится сутки. А есть города, куда рейсы два раза в неделю – например, в Вашингтон.

Соответственно, 3 или 4 дня экипаж находится в Вашингтоне. Поэтому у бортпроводников возможность посмотреть мир колоссальная.

– Как получилось, что вы пришли в эту профессию?

– Я училась в Москве, в английской спецшколе. После поступила в технический вуз – в Институт стали и сплавов. Проучившись там два года, поняла, что профессия инженера мне неинтересна.

Моя коллега по работе рассказала, что ее подруга работает в Шереметьево бортпроводником и летает за границу. Меня это заинтересовало, так как давало возможность посмотреть мир.

Получив рекомендательные хаpaктеристики от партийной и комсомольской организации института, которые тогда имели статус райкомов КПСС и ВЛКСМ, я прошла все отборочные комиссии авиакомпании, на которых надо было показать свою эрудированность и хорошее знание английского языка.

Сначала мы летали в города Советского Союза, такие как Ташкент, Иркутск или Хабаровск, затем получали разрешение для полетов в социалистические страны и только после этого – в капиталистические страны. Разрешение давалось на два года и при очередном продлении Летного свидетельства бортпроводника необходимо было заново пройти комиссию.

В настоящее время существуют требования к кандидатам на должность бортпроводника, и они проходят собеседование, а затем получают направление в авиашколу Аэрофлота, предварительно пройдя врачебно-летную экспертную комиссию, потому что нелепо было бы учить человека, который по состоянию здоровья профнепригоден.

Я училась полгода, потому что у меня был хороший английский – я закончила языковую спецшколу. А тех, у кого иностранный язык хромал, учили 9 месяцев.

В настоящее время (в нашей школе) кандидаты учатся всего 2,5 месяца, и хорошее знание иностранного языка – это обязательное условие. И тогда, и сейчас бортпроводникам преподают такие дисциплины, как аварийно-спасательные процедуры, воздушное право, воздушные перевозки, предоставление сервисных услуг на борту, технику продаж магазина Sky Shop, правила перевозки опасных грузов.

За время работы мне удалось побывать пpaктически во всех странах, куда совершал полеты Аэрофлот. Это и Куба, и африканский континент, и Юго-Восточная Азия, и Австралия, и даже остров Мадагаскар, не говоря уже о Латинской и Северной Америке и Европе.

В 22 года я впервые попала на африканский континент. Совершенно необыкновенный ландшафт, красная земля… Ангола, Сенегал, Кения.

Можно было ездить на экскурсии, на сафари. Иногда на эстафете в одном городе оказывалось сразу несколько экипажей. И порой мы жили даже не в гостинице, а авиакомпания снимала для экипажей одну большую виллу.

Эти моменты, конечно, тоже запомнились.

Гавана. С кубинскими пионерами. 1983 г.

Аэрофлот оплачивал гостиницу с полным пансионом. Так как во время пребывания за границей члeны экипажа находятся при исполнении своих служебных обязанностей, то обо всех своих перемещениях – будь то поездки к родственникам или знакомым – необходимо докладывать старшему бортпроводнику или комaндиру корабля.

Наше управление время от времени отправляло сотрудников на изучение таких редких языков, как японский, китайский, корейский. Почему? Потому что это требование альянса Sky Team: если рейс продолжительностью более 6 часов, то информация должна быть предоставлена еще и на языке страны направления.

Меня направили для обучения на курсы японского языка, которые продолжались около года без отрыва от работы: две недели учишься, две летаешь. Конечно, за это время такой сложный язык хорошо выучить невозможно, но того уровня, что мы достигали, было достаточно для ведения информационной работы.

Помню, когда после этих курсов я полетела в Токио, то сразу отметила, что могла не только вести информационную работу, но уже и общаться с пассажирами в рамках необходимого лексического минимума, от чего получала огромное удовольствие.

Токио. У автомата с газировкой.

Сейчас компании также направляют на такие курсы, когда есть производственная необходимость.

– Было ли когда-нибудь по-настоящему страшно во время рейса?

– Было… Но особых эмоциональных выбросов, пожалуй, не вспомню. Бортпроводников учат не только не терять самообладание, но и выполнять на автомате определенные процедуры. А это достигается регулярными тренировками на тренажерах, там, где отpaбатываются всевозможные ситуации.

К счастью бывает так, что, даже отлетав 10–20 лет, на пpaктике с такими чрезвычайными ситуациями бортпроводнику сталкиваться не доводится.

– Что хуже в случаях, когда требуется экстренная медицинская помощь: действие или бездействие? Бортпроводник все-таки не врач…

– Ну, бездействие исключено в любом случае. Даже, если один-двое растеряются и не будут знать, что делать, другие помогут.

На борту же бригада бортпроводников – минимум четверо, а то и 8–10. Не зря какие-то моменты, связанные с жизнью и здоровьем пассажиров, наизусть заучиваются.

Не так давно был случай, когда бортпроводникам пришлось принимать роды на борту самолета в рейсе Москва – Лос-Анджелес. Роды прошли успешно, родился мальчик.

В аэропорту маму с новорожденным уже встречали.

– А есть у бортпроводников какие-то профессиональные приметы? Я вот знаю, что цирковые артисты никогда накануне выступлений семечек не грызут.

– Приметы… так сразу и не вспомню… хотя одна точно есть! Если в полете у бортпроводника пассажир попросит нитку с иголкой, то, скорее всего, он ее не получит. Стюардесса откажет под любым благовидным предлогом.

И накануне мы сами ничего не зашиваем, не пришиваем. Почему? Потому что это приведет к задержке вылета.

Проверено, кстати, уже не раз!

– А курьезы происходят во время рейсов?

– Вспомнился случай, хотя курьезным его не назовешь – скорее трагическим – когда из Москвы в Йемен депортировали одного йеменского гражданина. Уж не знаю, что он там натворил, только нам сказали, что по прибытии его ждет cмepтная казнь.

Для дозаправки топлива самолет совершал посадку в Каире. Это была запланированная посадка, и дозаправка топливом осуществлялась с пассажирами на борту, также на борт доставляли питание, и для этого была открыта дверь. Депортированный пассажир неожиданно совершил попытку побега, выпрыгнув из двери.

Конечно, он получил травмы и бежать не мог, его вернули в салон, посадили, пристегнули… И в таком вот уже состоянии – раненого, связанного – его доставили в Йемен.

– Есть люди, которые испытывают самолетобоязнь – аэрофобию. Я слышала, что они могут начать вести себя в салоне не совсем адекватно. Каковы действия стюардессы?

Может ли она успокоить такого человека?

– Ну, конечно, такие случаи довольно распространены. Если мы видим такого пассажира, то необходимо с ним спокойно и доброжелательно поговорить. Отвлекаем его… Но все время находиться рядом, конечно, возможности нет, потому что кроме него в салоне другие пассажиры, и их накормить надо.

Например, в Аэробусе-330 их только в эконом-классе 268 человек.

– Капризные пассажиры часто встречаются?

– Реально капризных пассажиров немного. Я бы сказала, что увеличилось число требовательных пассажиров.

Они платят деньги не только для того, чтобы их доставили из пункта А в пункт Б, но и хотят заявленного сервиса. Если, например, на сайте компании говорится о том, что пассажир во время полета может наслаждаться видеофильмами, а у него не работает монитор или неисправно кресло, то он вправе требовать компенсации.

ИЛ-62, Дакар (Сенегал). 1985 г.

– А куда уходят стюардессы (в какие профессии), если не могут или не хотят больше летать?

– Если у бортпроводника большой стаж работы, то компания может предложить какую-либо наземную работу в этом же управлении. Мне и моим коллегам было предложено стать преподавателями авиашколы бортпроводников.

Для женщин-бортпроводников пенсионный возраст наступает в 45 лет. В советское время многие, уходя с летной работы, могли не работать, так как получали вполне достойную пенсию.

Да, и еще один принципиально важный момент. О нем обычно умалчивают. Но мне кажется, из этого не надо делать никакой тайны.

Детей бортпроводникам лучше планировать в самом начале своей карьеры, как можно раньше. Почему? Потому что профессия наша такова, что она в той или иной степени влияет на состояние здоровья.

Я сама родила дочку довольно поздно – в 37 лет. А многие коллеги, засидевшись до этого времени, уже не могут стать мамами. Все индивидуально, конечно, но зачем дeвoчкам рисковать?

А если поторопиться, то у нас и двоих, и троих, и даже четверых детишек рожать успевают. Посидят немного дома и снова в профессию возвращаются.

У нас, кстати, и семейные пары, и династии есть. Также, много известных людей находят свою половинку среди стюардесс.

Вот недавно как раз сюжет видела телевизионный – там рассказывали про актера Даниила Спиваковского. Он в холостяках долго ходил, а недавно женился на стюардессе. Бывшая жена Романа Абрамовича Ирина тоже была бортпроводницей, когда они познакомились.

А голливудских звезд сколько! И Роберт де Ниро, и Роджер Мур, и у Джо Дассена последняя пассия тоже была дeвyшка нашей профессии.

Можно сказать, что и меня с моим мужем тоже моя работа познакомила. Правда, это не в самолете случилось, а когда я на водный тренажер ехала.

Мне 33 было тогда уже, ему 34. Он инженер.

Мы, кстати, могли, наверное, с ним и в небе познакомиться: он в Каир по долгу службы летал часто, и я туда тоже летала. Но вот познакомились на земле.

Иногда оглядываешься назад и спрашиваешь себя: а хотела бы что-то изменить в жизни, стать, кем-то еще? Нет… Не хотела бы… Как это ни пафосно звучит, любовь к профессии – была и осталась.

И это очень помогает во время занятий в школе, когда читаю курс студентам. Зажечь кого-то, оставаясь холодной, мне кажется невозможным. У меня же с этим проблем нет…

Авиационный учебный центр подготовки бортпроводников, Дублин. 1990 г.

2019-04-15admin

• tweet