Меняем мир грамотно, или 16 правил для тех, кто хочет помогать другим

Как заниматься благотворительностью и общественной деятельностью, чтоб и другим помочь, и себе не навредить? На что стоит обратить внимание, к чему подготовиться?

Предлагаем мнение Александра Гезалова, 17 лет занимающегося общественной деятельностью в области социального сиротства, автора автобиографической книги Соленое детство и самого в прошлом воспитанника детского дома.

Прежде всего, нужно сформулировать цель — для чего я начинаю этим заниматься. Заранее спросить себя — что это поменяет в моей жизни, в жизни моих близких, насколько я готов, какие мотивации у меня, насколько точно я понимаю свое место в благотворительной тематике, на что я буду жить.

Много людей уходит из благотворительности именно потому, что пошли туда на эмоциях, без раздумий. На эмоциях, без конкретной, нормальной цели, миссии — это бесполезно.

Еще один вопрос — готов ли я к осуждению. Потому что всегда найдутся недовольные, те, кто будет указывать пальцем. Чтобы ты ни делал, всегда найдутся те, кто будет лаять на караван.

Готов ли караван идти спокойно или он будет останавливаться и с каждой собакой драться?

Очень важна и группа поддержки. Вот в моей, например, истории — это моя семья, мои друзья и социальные сети, через которые я могу действовать.

Еще очень поддерживает вера — я православный христианин, и в этом тоже стараюсь обрести какую-то уравновешенность. Наверное, только сейчас начинаю осознавать, что когда я создавал общественную организацию Равновесие, она первоначально больше касалась меня самого.

Поэтому, мне кажется, что человек должен сначала создать общественную организацию для себя — в хорошем смысле этого слова. На себя поработать, поволонтерить с самим собой, ну а потом уже выходить на аудиторию, мало-помалу.

Потому, что, например, когда человек приходит ко мне и говорит: Я сейчас все сделаю, детских домов не будет, — мне сразу понятно, что передо мной эмо-доброволец, у которого главное — его эмоции, который не понимает, что на самом деле от него потребуется огромная, колоссальная работа, самоотдача.

Важно, чтобы не страдали близкие. Для этого нужно быть уверенным в поддержке половинки и уделять внимание своей семье.

Очень часто у общественников разрушаются семьи, уходит жена (муж), детей воспитывают няни, хотя вроде бы в общественной их жизни все в порядке. Какой смысл помогать чужим людям, если в твоей семье — пожар.

В моем случае жена Анна полностью меня поддерживает, мы обсуждаем с ней все, что касается моей общественной работы. Она стоит на позиции, что это важно делать, что это есть миссия нашей семьи.

Служба на флоте, учеба в училище культуры, где я окончил режиссерско-актерский факультет, работа на свадьбе тамадой, учеба в университете на социального работника, писательский опыт… Как оказалось, все это пригодилось мне потом, в общественной работе. Один из главных навыков, который я вынес, — умение общаться.

Умение общаться, говорить, договариваться, — все это относится к умению подавать себя. Многие общественники считают, что раз они делают хорошее дело, люди должны принять их такими, какие они есть, и отзываться. Многие на этом просто ломаются.

Ведь приходится общаться с чиновниками, с бизнесом, со СМИ, с совершенно разными категориями людей… Задача общественника — донести разными способами до тех, от кого зависит оказание помощи, что эта помощь необходима. Так, чтобы они захотели ее оказать. Важно не обвинять их, не пытаться давить на жалость, а донести свою мысль, оперируя фактами, статистикой.

Ведь очень многое достигается в переговорных процессах. Мы собрали памперсы, собрали деньги на машину многодетной семье — верхушка айсберга, его основание — это как раз реализация различных умений и навыков общественника.

Человек, который приходит в общественное прострaнcтво, должен стремиться учиться дальше. Это кажется, что достаточно имеющегося образования, пережитой утраты или какой-то личной харизмы.

Постоянно нужно совершенствоваться. Общественник без личностного роста не сможет нормально делать свое дело. И в этом смысле даже если есть проблемы с пунктом 6, то есть с умением общаться, если приложить усилия, можно получить этот навык.

Существуют школы НКО, различные специальные проекты. Я, кроме всего прочего, обучался еще в нескольких международных программах.

Главное, что я вынес из них, — как правильно написать грантовую заявку, и это тоже навык, который не помешает.

Чем больше человек кому-то что-то доказывает, тем он больше устает. Он как будто трудоустраивается доказывать.

Вот чтобы не трудоустраиваться, нужно себя, как хорошего пехотинца, потренировать в каком-то таком тренинговом лагере.

Если человек останавливается, это может стать одним из факторов выгорания. Он не получает дополнительных знаний, не повышает квалификации, не знает новых трендов, не следит за законодательством, не следит за внешним видом… В благотворительности нельзя оставаться на позиции, которая была 10 лет назад, нужно все делать по-другому.

Конструирование

Следующий этап — умение конструировать. Это называется социальным проектированием, когда мы берем проблему, изучаем ее, находим пути и способы ее решения, создаем продукт — проект, ищем ресурсы, а после этого уже подключаем агентов влияния, начинаем реализацию проекта, получаем результат, описываем, делаем методическое пособие. Вот полный цикл, которому тоже нужно учиться и который требует определенных энергетических затрат, потому что каждый проект — это конструкция, некое движение из пункта А в пункт Б.

Сначала стоит делать небольшие проекты, подсматривать какой-то опыт, изучать. В чем разница между продуктом коммерческим и некоммерческим? Например, если пивзавод выпустил партию пива, а оно не пошло, он просто его выкинет.

Если общественник сделал проект, а он не пошел, то пострадает социальный клиент, затрата ресурсов не восполнится. Поэтому здесь очень нужен расчет, понимание государственной политики, заказа социального клиента, ресурсов и, соответственно, рисков, которые могут возникнуть в реализации этого проекта.

Видение проблемы

Нельзя приходить в благотворительность, чтобы спасти всех. Нужно видеть конкретных людей, конкретные проблемы…

Важно не переставать жить полноценной жизнью. Нередко люди, приходя в благотворительность, не радуются жизни, все вокруг видят только в благотворительном аспекте.

Они перестают быть частью общества, воспринимая свою деятельность как героизм, подвиг, святость, а значит, хотят всем пожертвовать ради нее. Не нужно выключаться из жизни.

Важно уметь разграничивать свою общественную и личную жизнь. О социальном клиенте переживаем, думаем, когда мы с ним.

Дома думаем прежде всего о близких и решаем их проблемы, а не проблемы чужих людей. Это очень важно — уметь погружаться и выходить из чужой истории.

Если человек не научится из нее выходить, то он может сам стать социальным клиентом.

Сконцентрированность на задаче

Не нужно разбрасываться. Обязательно должна быть некая сфокусированность на той социальной группе, с которой ты либо столкнулся, либо о которой знаешь, либо из которой вышел сам.

Почему важна сфокусированность? Потому что проблема группы, которой мы занимаемся, имеют определенный цикл.

То есть, мы взяли социального клиента, работаем с ним, потом выходим с ним в социальный лифт, и он уже становится социальной частью гражданского общества. То есть задача во взаимодействии с социальным клиентом не в том, чтобы получать удовольствие и хлопки по спине и по плечу, а в том, чтобы вывести социального клиента в такую социальную реальность, в которой он может справляться сам, и мы ему уже будем не нужны.

Если мы ставим перед собой такую задачу, она потребует огромных усилий, упорства в том, чтобы не оставлять этого социального клиента.

Приведу простой пример. Недавно я был в одном учреждении, где мне рассказали, что вот была общественная организация, которая им хорошо помогала, они на нее надеялись, потом общественная организация пропала, ушла. Соответственно, и помощи той, которая нужна, уже нет.

Это говорит о чем? О том, что уважительное отношение к клиенту не было составляющей, главным гарантом деятельности организации. Это привело к тому, что социальный клиент потерял и вернулся в ту позицию, с которой начинал.

Соответственно, приходится подхватывать и помогать. Если мы хотим помочь всем, надо начать с одного.

Если мы научились помогать одному, то у нас появился опыт помогать двоим. Если мы научились помогать двоим, то можем помочь и семи. Вот, наверное, таким образом надо действовать.

Изучить опыт работы с конкретным социальным клиентом, с его какими-то трудностями и вопросами.

Например, знакомая подобрала на трассе дeвoчку из детдома, которая занималась там проституцией. Она написала мне об этом через день.

Если бы она написала мне в первый день, то я уже бы мог ей помочь, подсказать, что нужно сделать. А так как она написала мне на второй день, дeвoчка, естественно, сбежала.

Вот это вот недостаточное знание, непонимание, что нужно делать, и только личное видение, что вот я сейчас возьму, обогрею, а социальный клиент будет вокруг меня с благодарностью скакать, ни к чему хорошему не приводит.

Если недостаточно опыта, нужно обращаться к экспертам, к чужому опыту, не стесняться спрашивать, задавать вопросы.

Благодарность

Не ждать благодарности. Благодарность — это вообще штука достаточно опасная.

Официальные благодарственные письма брать надо, потому что они подтверждают реализацию той или иной задумки. А вот личная благодарность — она в том, что человек, которому ты помогал, изменился, когда вышел из детдома, попал в семью, не сел обратно на нары и так далее. А слова благодарности я не люблю, и уж ожидать их тем более не стоит.

Общественник делает свое дело не для того, чтобы его считали святым или постоянно благодарили, а чтобы мир стал лучше благодаря тому, что ситуация с конкретным человеком стала лучше.

Искренность и честность

Важный момент — как человек себя позиционирует, презентует относительно социального клиента. Проблема в том, что очень часто человек не хочет казаться социальному клиенту несовершенным, с какими-то изъянами. Он начинает себя приукрашивать, немножко возвеличивать, привирать где-то.

Были у меня такие случаи, когда человек, не имея даже высшего образования, говорил, что у него есть высшее образование, а человек, у которого нет семьи, говорил, что у него есть семья. Для чего это делается?

Видимо, для того, чтобы себя отгородить от социального клиента: ну, у тебя-то проблема есть, а у меня все хорошо, и давай мы будем твоими проблемами заниматься. Так или иначе социальный клиент все равно распознает и поймет, что ему лгут. Он начнет закрываться.

Эта нечистота отношений со временем приводит к выгоранию.

Искренность и честность, порядочность в работе даже важнее и главнее, чем некоторые профессиональные навыки.

Не только деньги

На самом деле, это заблуждение, что можно решить любую проблему деньгами. Деньги — это только способ, это только средства.

Основное — это все-таки человеческое сердце, гражданское сердце, как я это называю. Деньги человеку не помогают.

Человеку помогает конкретный человек.

Для того чтобы решить проблему, на мой взгляд, основной упор нужно делать на просвещенческие проекты. Просвещения мало не бывает, и оно не стоит денег, оно стоит энергии, участия и понимания, куда я направляю свою энергию, чтобы кого-то просветить, объяснить, рассказать.

Сегодня для этого есть, в том числе, социальные сети.

Когда результата не видно. Часто люди не видят результата от своей деятельности и уходят из сектора, считая, что вот, я работаю, работаю, а ничего в итоге не меняется.

На самом деле наличие процесса — это тоже некий результат. Потому что бывает так, что порой результат вообще при жизни не увидеть.

И поэтому задача сделать все настолько максимально, насколько возможно для того, чтобы следующий уже довыполнил задачу. Для этого нужно заниматься методологией: издавать комиксы, книги, писать какую-то литературу.

Потому, что именно на этих, так скажем, базовых вещах кто-то сделает следующий шаг, следующий прорыв, следующий рывок и так далее. А возможно, со временем та или иная проблема будет преодолена.

Когда в девяностые я говорил, что детские дома изживут себя, все крутили у виска. А вот сегодня я вижу, что что-то удалось там исправить нам, всем, кто работает в этой области.

И детские дома теперь центры семейного устройства. То есть подтверждение, что двигаешься в правильном направлении.

Или, например, в следственном изоляторе я строил часовню. До этого — девять лет уговаривал начальников, чтоб построить.

Так что максимальное достижение — это мечта, до которой нужно добираться, к нему нужно двигаться, не борясь, а просто живя — детьми, родственниками, друзьями, природой, кино, музыкой… И не слушать, что по этому поводу говорят недоброжелатели.

2019-03-22admin

• tweet